Госдума одобрила НДС 22%: что будет с ценами и малым бизнесом

Госдума приняла закон, который с 1 января 2026 года повышает базовую ставку НДС с 20% до 22%. Документ вошёл в бюджетный пакет и прошёл третье, окончательное чтение.

При этом льготная ставка 10% для социально значимых товаров сохраняется. К ней относятся продукты питания первой необходимости — хлеб, яйца, мясо, овощи и фрукты, молоко, сахар, соль, крупы, растительное масло, чай и мука, а также медикаменты, детские товары, учебные издания и племенные сельскохозяйственные животные.

Часть льгот остаётся, но условия для бизнеса заметно ужесточаются.

Освобождение от НДС продолжит действовать для отечественного программного обеспечения, включённого в профильный реестр.

Однако страховые взносы для IT-компаний вырастут: ставка увеличится с 7,6% до 15% по выплатам в пределах предельной базы.

Закон также меняет правила игры для малого и среднего бизнеса на упрощённой системе налогообложения.

Сейчас компании на УСН с выручкой до 60 млн руб. в год НДС не платят. С 2026 года порог резко снизят до 20 млн рублей, в 2027 — до 15 млн, а в 2028 — до 10 млн.

То есть всё больше компаний с относительно небольшой выручкой будут обязаны вести учёт НДС, подавать декларации и проходить проверки.

Отменяется и действующее с 2006 года освобождение от НДС для операций и услуг, связанных с обслуживанием банковских карт.

Льгота сохранится только для услуг по открытию и ведению банковских счетов — как для граждан, так и для организаций.

По расчётам Минфина, повышение НДС и сопутствующие изменения принесут федеральному бюджету около 1,19 трлн рублей в 2026, 1,56 трлн в 2027 и 1,68 трлн руб. в 2028 — всего примерно 4,4 трлн.

Ведомство оценивает прямой вклад этого шага в инфляцию примерно в 1 процентный пункт.

Экономисты напоминают, что НДС — по сути «налог на потребление», поэтому повышение ставки неизбежно будет давить на бизнес и спрос.

В первую очередь это затронет отрасли с низкой маржой и высокой конкуренцией, где трудно поднять цены без потери клиентов.

Компании с выручкой от 10 до 60 млн рублей столкнутся не только с дополнительными расходами, но и с ростом административной нагрузки: учёт НДС, проверки, риск налоговых претензий.

Часть микробизнеса, по оценкам экспертов, может попытаться уйти в тень, формально дробиться на несколько юридических лиц или уходить в форматы «квази-самозанятости», хотя контроль за искусственным дроблением уже серьёзно ужесточён.

Опыт предыдущего повышения НДС — с 18% до 20% в 2019 году — показывает, что прямой ценовой шок может быть относительно мягким.

Тогда вклад налоговой реформы в годовую инфляцию оценивали примерно в 0,55–0,7 процентного пункта, и резкого «разгона» цен не произошло.

Однако сейчас макроэкономическая среда другая.

Согласно прогнозам, к 2026 году экономика будет находиться в фазе замедления: рост ВВП оценивают всего в 1–1,3% в год, потребительский спрос слабее, инвестиции под давлением, а инфляционные ожидания выше и менее стабильны.

В таких условиях налоговый шок по НДС может стать дополнительным фактором стагнации: компании будут перекладывать часть нагрузки в цены, но не смогут сделать это полностью из-за слабого спроса, а Центральному банку будет сложнее снижать ключевую ставку для поддержки экономики.

При этом сильный рубль, на который рассчитывают власти, действительно может сгладить прямой эффект по ценам, и итоговый вклад повышения НДС в инфляцию может оказаться ближе к 0,4–0,6 п.п.

Но основной риск, на который указывают аналитики, связан уже не с разовым повышением цен на полках, а с затяжным периодом более жёсткой денежно-кредитной политики и слабого роста.

История повышения НДС в 2019 году показывает и политико-финансовую сторону происходящего. Тогда дополнительные доходы от налога, вместе с действовавшим бюджетным правилом и высокими ценами на нефть, позволили резко нарастить резервы Фонда национального благосостояния.

Объём ФНБ за несколько лет вырос до рекордных значений, что дало правительству значительный запас прочности.

Нынешнее повышение НДС до 22% многие экономисты рассматривают как продолжение той же линии: это прежде всего фискальная мера, рассчитанная на укрепление бюджета в условиях замедляющейся экономики.

Цена такой политики, предупреждают они, может проявиться не в виде разового ценового шока, а в более длительном застое потребительского спроса и риске затяжного ухода инфляции от целевого уровня.