В Аргентине нацисты и сбежавшие от них евреи десятилетиями жили по соседству

Писатель Ариэль Магнус описал уникальный опыт своей семьи: его дед, еврей Хайнц Магнус, бежал от нацистов из Гамбурга в Аргентину и поселился в районе, густо населенном немцами.

Среди соседей оказалась фрау Винклер, которая регулярно заявляла, что «Гитлер убил слишком мало евреев».

Магнус осознал нетипичность такого соседства лишь в Германии, когда представлял свою книгу «Дверь в дверь. Как нацисты и евреи оказались соседями по эмиграции в Аргентине».

В сентябре она выходит на русском в издательстве Individuum.

По словам Магнуса, в Аргентине столкнулись не разные культуры, а одна - немецкая. Его воспитывали одновременно как еврея и как немца.

Положение немецких евреев осложнялось двойным отчуждением: для соотечественников они были недостаточно немцами, а для других еврейских общин - слишком немцами.

Самый известный нацист, скрывавшийся в Аргентине, - Адольф Эйхман.

Летом 1950 года он прибыл в страну под именем Рикардо Клемент и быстро получил работу в компании CAPRI, где трудились почти исключительно немцы. Это дало ему доход и чувство безопасности, позволив перевезти жену и троих детей под настоящей фамилией.

После закрытия компании Эйхманы перебрались в Буэнос-Айрес. Эйхман работал на заводе газовых плит Orbis, а затем занялся разведением ангорских кроликов. Позже он устроился в аргентинский филиал Mercedes-Benz.

Вся его жизнь отличалась скромностью - в противоположность Йозефу Менгеле, жившему на роскошной вилле. Именно эта неприметность спасла его на время: агент «Моссада», впервые вышедший на след, счел условия слишком убогими для столь крупной фигуры.

Обнаружить Эйхмана помог случай.

Его старший сын Клаус познакомился с Сильвией Херманн - дочерью ослепшего после пыток в Дахау еврейского адвоката Лотара Херманна. Клаус без опасений рассказывал ей о «незавершенной работе» нацистов. Информация дошла до Херманна, а от него - к генпрокурору земли Гессен Фрицу Бауэру, который связался с израильтянами.

Похищение Эйхмана в мае 1961 года спровоцировало мощнейшую волну антисемитизма в Аргентине.

Прошли демонстрации, террористические атаки на еврейские учреждения и нападения на людей. Студентку похитили, пытали и вытатуировали на груди свастику «в отместку за Эйхмана».

Другим громким делом стал случай гауптштурмфюрера СС Эриха Прибке. В отличие от Эйхмана, он вел в Аргентине открытую жизнь.

Прибыв в 1948 году под именем Отто Папе, он работал официантом, а после амнистии 1949 года вернул настоящее имя. Позже Прибке переехал в Сан-Карлос-де-Барилоче, управлял магазином деликатесов «Вена» и даже возглавлял Немецко-аргентинское культурное общество.

Прибке не скрывал участия в расправе в Ардеатинских пещерах, где нацисты казнили 330 человек. Однако арестовали его лишь в 1994 году, когда журналисты ABC вышли на него прямо на улице, и он согласился на интервью.

Скандал мало что изменил: бывший преподаватель местной Немецкой школы рассказал Магнусу, что учителя устроили демонстрацию в поддержку Прибке со словами «Он хороший человек, хватит ворошить прошлое».

Директор Каталина Биндер, выступившая против, через год лишилась поста.

В фильме «Заговор молчания» (Pacto de silencio, 2006) бывшие ученики и учителя рассказывают, что в школе до 1980-х нельзя было обсуждать Генриха Бёлля и Зигфрида Ленца, но в библиотеке лежала «Майн кампф».

Кинопоказ самой картины в школе прошел практически незамеченным.

Список нацистской элиты, нашедшей убежище в Аргентине, не ограничивается этими именами. Бывший статс-секретарь рейхсминистерства транспорта Альберт Ганценмюллер работал советником Перона по железным дорогам.

Гауляйтер Брауншвейга Бертольд Хайлиг, ответственный за гибель множества младенцев, бежал из американского плена и открыл кроличью ферму в провинции Кордоба. В 1978 году он покончил с собой.

Через Аргентину при содействии американцев бежал и «лионский мясник» Клаус Барби. Среди укрывшихся были также лидер хорватских усташей Анте Павелич и бельгиец Пьер Дайе, соучредитель общества по приему европейцев, открыто помогавшего военным преступникам.

Ревизионисты говорят о десятках тысяч беглецов, но официальная комиссия установила лишь 180 имен.