Тайна смерти Мэрилин Монро: самоубийство или заказ Кеннеди?

Утром 5 августа 1962 года мир содрогнулся. Заголовки газет кричали: «Мэрилин Монро мертва», «Таблетки названы причиной смерти».

В лос-анджелесском морге коронер Теодор Дж. Керфи вынес свое «предположительное заключение»: смерть наступила от передозировки наркотиков.

Дело было передано «команде по самоубийствам».

Но за сухими строчками полицейских протоколов скрывалась трагедия, которую сама актриса предсказала задолго до этого.

В беседах с друзьями она не раз говорила о своем фатализме.

Еще в 1954 году она произнесла пророческие слова: «Во мне было что-то особенное, и я знала, что это такое. Я была из тех девушек, которых находят мертвыми в постели с пустой бутылочкой из-под снотворных в руке».

Теперь это предсказание стало пугающей реальностью. Но было ли это случайностью? Намеренным уходом? Или, как шептались в кулуарах Голливуда, убийством?

Сержант Джек Клеммонс, первым прибывший на место происшествия, позже скажет: «Это была самая очевидно инсценированная сцена смерти, которую я когда-либо видел».

Он отметил неестественную позу тела и тот факт, что пузырьки с лекарствами на столике были выстроены в аккуратный ряд, словно солдаты.

Тень «Мистера Киммела»: детские травмы

Норма Джин Мортенсон родилась 1 июня 1926 года. В свидетельстве о рождении в графе «отец» значился Эдвард Мортенсон, но это была фикция.

Девочка была незаконнорожденной, и тень неизвестного отца — человека с фотографии в фетровой шляпе и усиками, напоминавшего Кларка Гейбла, — преследовала ее всю жизнь. Мать, Глэдис Бейкер, страдала параноидальной шизофренией.

Детство Нормы прошло в череде приемных семей и приюте.

Один из самых мрачных эпизодов детства, о котором она позже рассказала, связан с человеком по имени Киммел, квартирантом в одной из приемных семей.

Этот случай навсегда изменил ее отношение к мужчинам и сексу.

Девятилетняя девочка, искавшая хоть каплю тепла, столкнулась с насилием, за которое ее же заставили чувствовать вину.

«Я никогда не жила по-настоящему, и меня никогда не любили», — признавалась она позже.

В 16 лет, чтобы избежать возвращения в сиротский приют, она вышла замуж за Джима Догерти.

Это был брак по расчету, устроенный ее опекуншей.

«Брак с Догерти не причинил мне боли, но и не принес счастья. Мы с мужем редко разговаривали», — вспоминала Мэрилин.

Когда Джим ушел в торговый флот, Норма Джин начала работать на авиационном заводе, проверяя парашюты. Именно там ее заметил фотограф, и началась ее трансформация в Мэрилин.

Джо ДиМаджио: японский медовый месяц и корейская ревность

К началу 1950-х Мэрилин уже была восходящей звездой. В 1952 году ее познакомили с легендой бейсбола Джо ДиМаджио.

Их роман был столкновением двух миров. Джо, консервативный итальянец, мечтал о жене, которая будет ждать его дома с ужином, а не позировать полуобнаженной для календарей.

14 января 1954 года они поженились в мэрии Сан-Франциско. Церемония длилась три минуты. Но даже медовый месяц превратился в работу.

Пара отправилась в Японию, где Джо должен был заниматься бейсбольными делами. Там Мэрилин получила приглашение выступить перед американскими солдатами в Корее.

Она дала десять концертов за четыре дня на лютом холоде, выступая в открытом платье с блестками перед ста тысячами солдат.

Вернувшись к мужу, она восторженно рассказывала: «Джо, ты никогда не слышал таких оваций!» На что ДиМаджио сухо ответил: «Слышал».

Их брак начал трещать по швам. Джо ненавидел голливудскую мишуру.

Последней каплей стала знаменитая сцена со взлетающей юбкой на съемках фильма «Зуд седьмого года» в сентябре 1954 года.

Съемки проходили на Лексингтон-авеню в Нью-Йорке в час ночи.

Тысячи зевак свистели и улюлюкали, когда воздух из вентиляционной шахты метро поднимал белое платье Мэрилин, обнажая белье (которое, к слову, пришлось надеть в двойном экземпляре из-за ярких софитов).

ДиМаджио стоял в толпе, и его лицо выражало «смертельную обиду». По возвращении в отель последовала бурная сцена. Через несколько недель Мэрилин подала на развод, обвинив мужа в «психической жестокости».

Несмотря на разрыв, ДиМаджио остался единственным мужчиной, который любил ее не как звезду, а как женщину.

Метод Страсберга и «Ведьма» Паула

Желая доказать миру, что она серьезная актриса, Мэрилин сбежала из Голливуда в Нью-Йорк.

Там она попала под влияние Ли Страсберга, руководителя знаменитой Актерской студии. Страсберг и его жена Паула стали для нее суррогатными родителями.

Они внушили ей, что для настоящей игры нужно вытаскивать наружу самые глубокие и болезненные травмы прошлого.

Паула Страсберг стала ее тенью на съемочной площадке.

Одетая в черные балахоны, она стояла за камерой, и Мэрилин после каждого дубля смотрела не на режиссера, а на Паулу, ища одобрения. Режиссеры ненавидели Паулу, называя ее «Черным Бартом» и «ведьмой».

Во время съемок фильма «Принц и хористка» (1957) Лоуренс Оливье был в бешенстве от этого вмешательства.

«Попробуйте быть сексуальной», — как-то сказал Оливье Мэрилин. Этого было достаточно, чтобы спровоцировать у нее истерику и полный отказ от сотрудничества.

Артур Миллер: предательство в дневнике

В Нью-Йорке расцвел роман Мэрилин с интеллектуалом Артуром Миллером. Она видела в нем спасителя, «Папу», который защитит ее от жестокости мира.

Она приняла иудаизм и старалась быть примерной женой, готовя ему обеды и стараясь не мешать работать.

Летом 1956 года, во время съемок в Англии, иллюзии рухнули. Мэрилин нашла дневник мужа, лежавший открытым на столе.

Записи шокировали ее: Миллер писал, что он разочарован, что Мэрилин для него — лишь обуза, «беспокойная сучка», и что он стыдится ее перед своими друзьями.

«Он думал, что я ангел, но оказалось, что он ошибся», — говорила она сквозь слезы.

Это предательство стало началом конца. Депрессия усугубилась несколькими выкидышами. Последней точкой стал фильм «Неприкаянные» (1961).

Миллер написал сценарий как подарок жене, но Мэрилин увидела в героине Розлин — истеричной, неуравновешенной женщине — жестокую карикатуру на саму себя.

«Он не понимает меня», — жаловалась она. Съемки превратились в ад: жара пустыни Невады, постоянные опоздания Мэрилин, алкоголь и таблетки.

Кларк Гейбл, кумир ее детства, которого она также считала суррогатным отцом, терпеливо сносил ее выходки, но умер от сердечного приступа всего через несколько дней после окончания съемок.

Мэрилин винила себя в его смерти.

Французский роман: Ив Монтан

Еще до окончательного разрыва с Миллером, во время съемок фильма «Займемся любовью» (1960), Мэрилин искала утешения в объятиях партнера по площадке — Ива Монтана.

Его жена, Симона Синьоре, мудро заметила: «Если Мэрилин влюблена в моего мужа, это доказывает, что у нее хороший вкус».

Для Монтана это была интрижка, тешащая самолюбие, но Мэрилин, как всегда, вложила в эти отношения всю душу.

Когда съемки закончились и Монтан вернулся в Париж к жене, Мэрилин была опустошена.

«Я одна, я всегда одна, что бы ни случилось», — говорила она.

Клан Кеннеди: игра с огнем

К 1962 году жизнь Мэрилин напоминала свободное падение. Именно тогда она сблизилась с кланом Кеннеди.

Связь с президентом Джоном Ф. Кеннеди была, по мнению большинства биографов, кратковременной, но Мэрилин возлагала на нее огромные надежды.

В мае 1962 года, сбежав со съемок фильма «Что-то должно случиться» (откуда ее в итоге уволили за прогулы), она улетела в Нью-Йорк на день рождения президента.

В Медисон-сквер-гарден она появилась в платье от Жана Луи, которое называли «кожа и бисер».

Под ним не было ничего, кроме ее легендарного тела.

Ее исполнение «Happy Birthday, Mr. President» прозвучало как публичное признание в интимной связи.

Но для Кеннеди она была лишь красивой игрушкой, которая становилась опасной. По слухам, устав от ее навязчивых звонков в Белый дом, Джон «передал» ее брату Роберту.

Мэрилин, потерявшая связь с реальностью, верила, что Роберт уйдет от жены и женится на ней.

В ее доме хранился маленький красный дневник, куда она якобы записывала обрывки разговоров с братьями, включая опасные политические секреты о Кубе и мафии.

Она становилась угрозой.

Роберт Кеннеди пытался разорвать отношения, но Мэрилин не понимала намеков. Она звонила в Министерство юстиции, устраивала истерики.

Свидетели утверждали, что 4 августа, в день смерти, Роберт Кеннеди приезжал к ней домой, чтобы потребовать дневник.

Соседи слышали шум и крики.

Последний уик-энд

Лето 1962 года было временем хаоса. Студия «Фокс» восстановила ее в фильме, но доверие было подорвано.

Психиатр Ральф Гринсон установил тотальный контроль над ее жизнью, внедрив в ее дом свою домоправительницу Юнис Мюррей.

Мюррей была странной фигурой: она не умела готовить, но следила за каждым шагом звезды.

4 августа Мэрилин была в переменчивом настроении. Днем она была бодра, обсуждала с Джо ДиМаджио-младшим разрыв его помолвки.

Но к вечеру тучи сгустились. Питер Лоуфорд, зять Кеннеди, позвонил ей около 19:30. Голос актрисы был невнятным, речь — пугающей: «Попрощайся за меня с Пэт, попрощайся с президентом... и попрощайся с собой, ты хороший парень».

Лоуфорд хотел приехать, но ему настоятельно посоветовали не вмешиваться.

Сцена смерти: нестыковки

События ночи с 4 на 5 августа полны противоречий.

3:00: Юнис Мюррей заметила свет под дверью Мэрилин и запертую дверь. Она позвонила Гринсону.

3:50: Гринсон прибыл, разбил окно кочергой и обнаружил тело.

4:25: Только спустя полчаса была вызвана полиция.

Что происходило в этот промежуток времени? Почему миссис Мюррей, когда приехала полиция, стирала простыни в стиральной машине в 4:30 утра?

Почему на теле Мэрилин были синяки, нехарактерные для самоубийства? Почему в желудке не было обнаружено следов капсул, хотя уровень барбитуратов в крови был смертельным?

Сторонники версии убийства предполагают, что ей сделали смертельную клизму или инъекцию, чтобы имитировать суицид и заставить замолчать навсегда. Красный дневник исчез бесследно.

Послесловие

Джо ДиМаджио организовал похороны, на которые не допустил никого из голливудской тусовки, включая Синатру и Лоуфорда.

«Если бы не эти люди, она была бы жива», — сказал он. Двадцать лет, до самой своей смерти, он трижды в неделю присылал на ее могилу красные розы, выполняя обещание, данное ей в день свадьбы.

Мэрилин оставила состояние Ли Страсбергу, а не благотворительным организациям, как хотела.

Ее личные вещи, которые она просила раздать друзьям, десятилетиями гнили на складах, пока не были проданы с молотка за миллионы.

Она ушла, оставив после себя шлейф из неразгаданных тайн, разбитых сердец и вечного сияния, которое не меркнет даже спустя полвека.

Список источников:

Barrios, Richard. On Marilyn Monroe: An Opinionated Guide. — New York: Oxford University Press, 2023.

Головской, В. С. Мэрилин Монро. Жизнь и смерть. — Москва: Захаров, 2008.

Patterson, James. The Last Days of Marilyn Monroe: A True Crime Thriller. — New York: Little, Brown and Company, 2025.