«Два-три пинка — и он упадет»: осужденного саксофониста Андрея Шабанова травят в самарской колонии

В самарской исправительной колонии № 10 началась травля музыканта Андрея Шабанова, осужденного на шесть лет по статьям о призывах к терроризму и деятельности против безопасности государства.

Поводом для конфликта стало то, что саксофонист послушал любимую радиопередачу о джазе в «неправильном месте».

Шабанова этапировали в колонию в начале апреля. У него инвалидность второй группы, псориаз и болезнь Бехтерева — диагноз, при котором кости становятся хрупкими, а позвоночник постепенно теряет подвижность.

Из-за этого музыканта освободили от тяжелого труда. Первые два месяца прошли спокойно: по словам его матери Ольги Медведевой, сын получал лекарства и уверял, что проблем с руководством и заключенными нет.

По воскресеньям он привык слушать джаз, и никого это не возмущало.

Всё сломалось 21 июня. Группа заключенных объявила, что Андрей нарушил негласные правила и переходит в низшую тюремную касту.

«Его выгнали со всеми вещами из спальни. Не разрешают пользоваться кухней и холодильником. Сказали, что это уже «западло», — рассказывает Ольга.

Сначала Шабанов спал на скамейках, потом ему выделили койку в общем зале. Для человека с деформированным позвоночником даже это причиняет сильную боль.

Музыканта постоянно оскорбляют и угрожают расправой.

Как передают близкие, ему уже заявили: «За твою судьбу мы больше не отвечаем». В знак протеста Андрей перешел только на воду.

«Он сказал: «Я не пью ни чай, ни кофе. Не хочу соглашаться с этим отношением ко мне», — отмечает мать.

Ольга всерьез опасается за жизнь сына. Болезнь прогрессирует, а полноценного лечения в колонии нет.

«Его долго бить не надо. Два-три хороших пинка — и он упадет от боли. У него остеопороз, деформированный позвоночник.

Он никогда не был человеком, который умеет драться», — объясняет она.

Жалобы сотрудникам ИК ничего не дали. По словам Андрея, администрация заодно с нападавшими.

Самой матери по телефону отвечают дежурными фразами: «Мне говорят: «Да что вы, мамаша? Всё хорошо. Кровать у него есть. Никто его не убьет, никто его бить не будет».

Близкие подозревают, что травля — это месть руководства за огласку проблем с цензурой. Незадолго до конфликта группа поддержки рассказала, что администрация перестала передавать Андрею почту.

Тюремщики открыто заявили Ольге, что письма будут доходить только от нее, а послания от друзей и из-за границы заблокируют.

Сейчас защитники Шабанова пишут заявления во ФСИН и прокуратуру, требуя обеспечить его безопасность.

Однако семья оказалась в тяжелом положении. «Мы оказались в ловушке. Если молчать — Андрей остается без защиты. Если жаловаться — я боюсь, что после проверок ему станет только хуже», — признается мать.