Обнаженная натура за ширмой: как секс прорвался в советскую печать

В издательстве «Новое литературное обозрение» вышла книга искусствоведа Екатерины Викулиной «Тело власти и власть тела».

Автор изучила советские журналы эпохи оттепели и выяснила, как в 1960-е менялись стандарты красоты и отношение к женской телесности.

Хотя полноценной модной фотографии тогда не существовало, в прессе появились жанровые снимки о потреблении. Главными героинями магазинов и ателье стали женщины.

Они примеряли наряды под оценивающими взглядами подруг, тогда как мужчины в такие кадры попадали редко.

Уход за собой превратился в важный ритуал.

После постановления ЦК КПСС 1960 года об улучшении быта в стране стало больше парикмахерских.

На фото эти процедуры напоминали медицинские манипуляции: мастера работали в белых халатах, окружая клиенток заботой.

«Посмотрите на снимок: какой ласковой улыбкой награждает мастера Григория Нариньяна его клиентка!», — гласила одна из подписей.

Макияж и зеркала стали символами новой свободы.

Женщина получила право украшать себя и проявлять индивидуальность.

Однако это вернуло и патриархальный взгляд на нее как на объект. На смену монументальным сталинским труженицам и пышногрудым дояркам пришел культ юности и стройности. Журналы заполнили фото хрупких гимнасток и балерин, а понятие «фигура» стало тем, над чем нужно работать.

Тема секса, находившаяся под строгим запретом в предыдущие десятилетия, начала просачиваться в публичное поле через медицинскую «сексопатологию» и искусство. Отношение к наготе стало мягче: юбки укоротили, в печати появились снимки с пляжей.

Часто эротический подтекст маскировали идеологически верными подписями.

Показательный случай произошел с фотографией Николая Хорунжего, где за полупрозрачной ширмой в ванной угадывался обнаженный женский силуэт.

Снимок назвали «Новая квартира».

Критики оправдывали его публикацию тем, что автор якобы оригинально раскрыл тему жилищного строительства и новоселья, хотя внимание зрителя явно было приковано не к интерьеру.