Российский шпион в украинской тюрьме жалеет только о том, что попался

Александер не считает себя лучшим шпионом России. Но он очень хотел эту работу. Родился в Украине, верил в Россию, а смены в McDonald’s не сулили больших перспектив. Поэтому, когда двое российских оперативников предложили ему сдельную шпионскую работу, он сразу согласился.

Дело было во Франции. России требовался компромат на одного западного чиновника. Часть работы Александера напоминала настоящую полевую разведку - например, он выяснял, где живёт объект. Но в основном всё сводилось к поиску в Google. Маскировка почти не требовалась.

«У меня были чёрные солнцезащитные очки, но я их редко носил. Только когда светило солнце», - иронизирует он.

Всё изменилось после полномасштабного вторжения России в Украину в 2022 году. Александер вступил в Facebook-группу для иностранцев, записывающихся в украинскую армию. Он вошёл в доверие к её участникам. Во время поездок в Украину он передавал России данные о расположении украинских войск, планируемых операциях и личную информацию бойцов. По его словам, эти действия привели к гибели солдат.

А потом удача закончилась. На севере Украины его машину остановили на блокпосту. Охранник попросил показать телефон. Александер забыл удалить сообщение своему российскому куратору.

«Я не говорю, что я хороший шпион, - признался он в разговоре со мной. - Я попался».

Мы встретились солнечным летним днём в комнате для свиданий исправительной колонии № 122 в центральной Украине. Здесь он останется надолго после того, как признал себя виновным по всем пунктам обвинения, включая государственную измену.

Подтвердить каждое его слово невозможно, но часть истории удалось сверить с украинскими судебными документами и рассказами чиновников. Мне позвонил неизвестный контакт и сообщил, что Александер готов к разговору. Украинские власти на протяжении всей войны устраивали журналистам встречи с российскими пленными. Но я впервые осознанно шёл на разговор с российским шпионом.

Александеру 42 года. На встречу он пришёл в потёртой серой бейсболке, спортивных штанах и куртке с белыми полосами на рукавах. Он смотрел прямо в глаза - пристально, но с какой-то игривой дерзостью. Вальяжно откинулся на стуле, излучая уверенность. Время от времени он улыбался военному, который дежурил в комнате для безопасности.

Я хотел убедиться, что он понимает последствия. «Вы осознаёте, - спросил я, - что всё рассказанное будет опубликовано и что портрет не обязательно выйдет положительным?»

Последняя фраза его, кажется, удивила. «Почему это?» - ответил он.

Александер гордится тем, что он российский шпион. Насколько я могу судить, он просто хотел, чтобы мир узнал его историю. Правда, фамилию он просил не называть, чтобы защитить семью. Он постоянно переспрашивал, действительно ли я из The New York Times. Возможно, говорил он, Россия вспомнит о нём и попросит включить в обмен пленными.

По словам замминистра юстиции Украины Евгения Пикалова, в украинских тюрьмах сидят 2570 российских шпионов. 99 процентов из них - граждане Украины. Александер, который в детстве переехал в Израиль, имеет украинское и израильское гражданство. По данным Пикалова, он единственный такой шпион в заключении.

Шпионы по-прежнему важны, даже когда войну всё больше определяют роботизированные глаза в небе. У обеих сторон больше оружия, чем когда-либо, и старомодный человеческий шпионаж помогает находить цели.

Бывший замглавы Службы безопасности Украины Виктор Ягун выделяет несколько категорий шпионов. Агенты высшего уровня находятся под строгим контролем, и их редко раскрывают. Поимка одного такого раз в полгода считается успехом. Есть шпионы низшего звена, завербованные за деньги. Украина ловит около 120 таких в год.

Эти агенты похожи на дроны, которые используют обе страны: дёшево в производстве и массово. Часто это малолетние преступники, пьяницы или недовольные солдаты, завербованные в сети за небольшие суммы, говорит Шон Висвессер, бывший глава резидентуры ЦРУ, проработавший много лет на постсоветском пространстве.

Александер, судя по всему, относится к средней категории. Им движет идеология: он поддерживает стремление России контролировать Украину и восстанавливать влияние Москвы в Восточной Европе. Таких агентов ловят не больше дюжины в год. Но в конечном счёте, как и все, кроме самых ценных шпионов, они тоже расходный материал, замечает Висвессер.

Александер рассказал, что служил в израильской армии и уволился в 2011 году. Описывать свою работу до того, как к нему во Франции подошли двое россиян, он отказался. Посольство Израиля в Украине, а также израильские министерства обороны и иностранных дел не ответили на запросы о комментариях.

Россияне, по его словам, действовали не спеша. На первой встрече задавали простые вопросы, наблюдали за поведением, пытались понять мотивацию. «Я рассказал им о своей идеологии, - говорит он. - Прежде всего, работать на стороне правды. Россия для меня - правда. Так что да, я отношу себя, так сказать, к русскому миру».

Хотя он родился в Украине, почти вся его семья живёт в России. Он сказал, что чувствовал себя чужим в Израиле и Западной Европе и хотел вернуться к корням. По словам экспертов, российские спецслужбы активно вербуют людей в среде русских эмигрантов.

В начале своей работы в Европе Александер получил задание накопать компромат на одного бизнесмена. Но тот оказался кристально чистым: декларировал каждый заработанный цент, не изменял жене и всегда ужинал дома. «Скажу честно, такие люди раздражают», - признался Александер.

Платили, впрочем, хорошо: около 5000 евро в месяц, примерно 5700 долларов.

Когда Россия начала полномасштабную войну против Украины, Александер писал в онлайн-чатах для иностранных бойцов, что хочет вступить в украинскую армию. Он так и не вступил, но, подружившись с иностранцами, ездил в Украину на встречи с ними. Говорит, что давал им советы, в том числе как решать проблемы с командирами.

Всё, что удавалось выведать у солдат, он отправлял в Россию и старался срывать их планы. Некоторые операции были довольно изощрёнными. Во Франции, по его словам, он подстроил так, что пара французских добровольцев попала в аварию, их арестовали, и планы поехать воевать за Украину рухнули.

Он выполнял задания больше двух лет, до 10 сентября 2024 года. В тот день Александер загрузил в свой серый Citroën коробку пистолетных патронов и отправился к российской границе в Харьковской области. Его целью было заманить иностранных бойцов на диверсионную операцию, которая на самом деле была ловушкой.

Но в ловушку попал он сам. Александер и не думал, что военный на блокпосту попросит открыть телефон. Слишком дотошный охранник нашёл фотографию, которую уже отправили в Россию. На снимке был паспорт солдата, воюющего за Украину.

«Он сунул нос куда не следовало», - зло бросил Александер про офицера на посту, выдыхая сигаретный дым в и без того прокуренную комнату. Полосы солнечного света повисли в дымке.

Военный, наблюдавший за интервью, лишь пожал плечами, когда разговор накалился. Он разрешил охране принести ещё сигарет. Александер сделал ещё одну затяжку и стянул куртку. На правой руке виднелась татуировка: «Amat Victoria Curam» - «Победа любит подготовку».

Он сказал, что в жизни жалеет только об одном. «Если бы я мог вернуться назад, - произнёс он, - единственное, что я бы изменил, - удалил бы то фото».