Как ВОВ лишила РСФСР двадцати миллионов человек: почему демографическая пирамида России до сих пор в шрамах

Вторая мировая война нанесла Советскому Союзу тяжелейший демографический удар. Страна потеряла свыше 25 миллионов человек, из которых около 13 миллионов пришлось на РСФСР.

Рождаемость рухнула вдвое, треть младенцев погибала, а города охватили эпидемии сыпного тифа и дизентерии.

В первые послевоенные годы советское руководство преуменьшало масштаб трагедии. Изначально заявлялось о семи миллионах погибших, хотя внутренние отчеты показывали цифру в 15 миллионов.

Позже Никита Хрущев озвучил оценку в 20 миллионов, а при Леониде Брежневе к ней добавили формулировку «свыше».

Сегодня историки сходятся на цифре от 26 до 27 миллионов жертв. Подсчитать точнее сложно: мешает неполный учет пропавших без вести, ополченцев, пленных и умерших от болезней солдат.

Вооруженные силы потеряли 11,4 миллионов человек. В боях и от ран в госпиталях погибли 6,3 миллионов, остальные пропали без вести или умерли в плену.

Самым кровавым стал 1941 год, унесший жизни 3,8 миллиона бойцов Красной армии.

Среди мирного населения на оккупированных территориях погибли 13,7 миллионов советских граждан.

Из них 7,4 миллионов убиты, 2,2 миллиона погибли на принудительных работах в Германии, а 4,1 миллиона умерли от голода, холода и отсутствия врачей.

Больше всего мирных жителей потеряла Украинская ССР (3,3 миллиона человек). В РСФСР погибли 1,8 миллиона, в Белорусской ССР почти 1,6 миллиона человек. Из-за колоссальной смертности и нерожденных детей к 1946 году фактическое население РСФСР оказалось на 19,8 миллионов меньше прогнозируемого.

Война катастрофически обрушила рождаемость. В РСФСР число новорожденных сократилось на 51%.

Если в конце тридцатых годов ежегодно рождалось 1,3 миллиона детей, то в военные годы всего 693 тысячи.

Коэффициент суммарной рождаемости рухнул с 4,3 ребенка на женщину в 1940 году до 1,26 в 1943 году.

Это было намного ниже уровня простого воспроизводства населения. Для сравнения, в нацистской Германии рождаемость снизилась лишь на 18%, поскольку немцы перешли к низкой рождаемости еще до начала боевых действий.

Причины спада в СССР очевидны: миллионы мужчин ушли на фронт.

Осенью 1939 года в стране приняли закон о всеобщей воинской обязанности, и армия резко выросла до 4,4 миллиона человек.

Число браков сократилось с миллиона в 1940 году до 347 тысяч в 1943 году.

Почти полмиллиона женщин призвали на военную службу, а остальные заменили мужчин на заводах у токарных и слесарных станков.

После победы рождаемость немного выросла, но так и не достигла довоенного уровня. Государство пыталось заставить граждан рожать: ввели налоги на бездетность, на малодетность и сильно усложнили процедуру развода.

При этом биологических отцов освободили от алиментов за детей, рожденных вне брака. В итоге более 15 миллионов советских детей получили свидетельства о рождении с прочерком в графе «отец» и росли со стигмой в обществе.

Кандидат экономических наук Владимир Козлов объясняет: «Великая Отечественная война сильно повлияла на интенсивность и тайминг рождаемости. До сих пор снижение числа родившихся видно на пирамиде России.

Но остальные волны объясняются не только эхом войны, но и наложением социально-экономических кризисов на время репродуктивной активности малочисленных поколений и периодов активной семейной политики на время активности многочисленных.

Сейчас уже сложно разграничить эти эффекты».

Следы войны отлично видны на демографических графиках: по данным переписи 1959 года, в военные годы родилось почти на шесть миллионов детей меньше, чем до или после войны.

На фоне низкой рождаемости пугающе выросла детская смертность. В 1941 году в тыловых городах РСФСР умирал почти каждый второй младенец. В сельской местности до четырех лет не доживали 54% детей.

К 1942 году смертность новорожденных в РСФСР втрое превышала показатели Испании, вчетверо Франции и почти в восемь раз США. Интересно, что городские мальчики выживали чаще девочек. В традиционном обществе скудные пищевые ресурсы чаще распределяли в пользу сыновей.

Младенцы погибали от воспаления легких, токсической диспепсии и гастроэнтероколита. Не хватало продуктов, постоянно сокращались нормы выдачи по карточкам.

Закрылись молочные кухни и ясли, в домах не было отопления, ломалась канализация. Ситуация стала выправляться только к 1944 году, когда власти наладили питание для беременных и увеличили выпуск антибиотиков в семь раз.

Холод, антисанитария и массовая эвакуация спровоцировали тяжелые инфекционные вспышки.

В 1941 году резко участились случаи дизентерии. Тяжелую довоенную бактерию Григорьева-Шига сменила более мягкая бактерия Флекснера, но заразность оставалась огромной.

Особую тревогу вызывал сыпной тиф: в 1942 году заболеваемость подскочила в шесть раз. Из-за нехватки топлива, мыла и электричества бани почти не работали.

В Челябинске люди мылись раз в 17 дней, а в Ярославле горожане смогли посетить баню всего восемь раз за весь год.

Эвакуационные пункты просто не справлялись с санитарной обработкой огромного потока беженцев.

В переполненных городах подскочила заболеваемость корью и дифтерией. В блокадном Ленинграде детская смертность от туберкулеза выросла вдвое, хотя корь отступила после массового вывоза детей.

Инфекция вернулась вместе с ребятами только в 1944 году. Заболеваемость в стране пошла на спад лишь к 1943 году, когда открылись специализированные больницы и наладились поставки сыворотки.

За первые девять месяцев войны на восток страны эвакуировали более 10 миллионов человек.

Летом 1942 года вывезли еще около 8 миллионов. Только в Сибирь отправились свыше миллиона граждан, в основном в Новосибирскую и Омскую области.

Вместе с эвакуацией государство насильно депортировало целые народы по политическим мотивам. В Сибирь, Казахстан и Кыргызстан выселили около 905 тысяч немцев.

Жестким репрессиям подверглись финны, крымские татары, калмыки, карачаевцы и полмиллиона чеченцев и ингушей.

Из них формировали рабочие колонны для тяжелого каторжного труда на металлургических и авиационных заводах.

К концу 1943 года эвакуированные начали возвращаться домой. Ежегодно реэвакуировали от одного до двух миллионов человек.

Однако многие квалифицированные специалисты остались навсегда поднимать промышленность на Урале и в Сибири. В результате население регионов к востоку от Урала выросло более чем в пять раз.