Бывшая ученица обвинила иркутского музыканта в многолетнем насилии
Марина выросла в поселке Коршуновском Иркутской области. Она родилась недоношенной, с детства не видит правым глазом. Отец умер до ее рождения, мать Елена одна растила дочь. Семья жила на пособия, иногда одежду Марине отдавали учителя.
Девочка писала стихи, занималась в театральном кружке, рисовала и интересовалась музыкой. В десять лет она пришла на занятия по айкидо к Евгению Маслобоеву.
Он также преподавал рисование и музыку, руководил детским ансамблем «Маленькое крыло».
Маслобоев был заметной фигурой в поселке.
Он носил шляпу и черный плащ, говорил об искусстве, показывал детям необычные фильмы, приглашал учеников домой на чай. Позже он стал известен как музыкант-авангардист, выступал на фестивалях и записывал музыку к сериалу «Территория».
После занятий преподаватель провожал Марину домой, покупал ей сладости, слушал стихи и хвалил. Девочка привыкла рассказывать ему о матери, друзьях и своих переживаниях.
«Он меня хвалил, выстроилось некое доверие», — вспоминает она.
Когда Маслобоев перестал вести айкидо, Марина продолжила ходить к нему на рисование и музыку. По ее словам, обучение постепенно отошло на второй план. Большую часть времени они разговаривали.
Преподаватель рассказывал девочке о сложных отношениях с женой и о своей «тайной влюбленности» в старшеклассницу Олесю. Марине тогда было 11–12 лет. По просьбе учителя она передавала девушке цветы и подарки.
Одноклассница Олеси Нина утверждает, что Маслобоев домогался девушки и однажды пытался подлить ей и подруге коньяк в кофе.
По ее мнению, Олеся смогла отстраниться от взрослого мужчины, а более младшая Марина оказалась уязвимее.
После отказа Олеси Маслобоев, по словам Марины, говорил о попытке самоубийства. Девочка жалела его и все сильнее зависела от общения с ним. Она ждала педагога после уроков, провожала до дома и подолгу разговаривала с ним на улице.
Постепенно учитель стал ограничивать ее общение с ровесниками, особенно с мальчиками.
Он говорил, что друзья отнимают время, а во время конфликтов с матерью убеждал Марину, что та ее не любит. Одновременно Маслобоев давал девочке деньги, покупал одежду и подчеркивал, что помогает ей.
Первые поцелуи, по словам Марины, произошли в школьном кабинете. После занятий Маслобоев выключил свет, прижал ее к стене и поцеловал.
«Когда это произошло первый раз, я была в шоке, даже день или два не ходила к нему, потому что не понимала, что происходит.
Он для меня был другом, а тут такое предательство. Но в то же время я уже сильно зависела и от его мнения, и от этого общения, я уже не могла отказаться от него».
Марина никому не рассказала о случившемся. Она уже привыкла хранить секреты учителя и боялась потерять важного для нее взрослого.
«Мне это не очень нравится, но в то же время человек очень важен для меня. Я внутренне решала, что мне с этим делать: потерпеть или отказаться от этого общения. В итоге я решила, что потерплю. Я ему доверяла и думала, что плохого он мне ничего не сделает».
По словам Марины, вскоре Маслобоев заявил, что влюбился в нее, и потребовал ответных признаний.
Он предупреждал, что о происходящем нельзя рассказывать: иначе девочку якобы исключат из школы, а его уволят.
Чтобы их не видели вместе, педагог звал Марину гулять в лес. В школе он обсуждал с ней секс, расспрашивал о менструации и предыдущем опыте, постепенно переходил к прикосновениям интимного характера.
Марина говорит, что взрослый мужчина создавал у нее ощущение причастности к особой, тайной и взрослой жизни. Теперь она считает, что он последовательно разрушал ее личные границы.
Когда Марине было 12 лет, Маслобоев позвал ее домой под предлогом, что даст книгу. Его жена в это время работала в школе.
Диван был разложен, в комнате играла спокойная музыка. Марина вспоминает бутылку вина и светлую одежду учителя, который выглядел так, будто готовился к свиданию.
По словам Марины, Маслобоев начал ее целовать, затем раздел ее и совершил половой акт.
«Я ему говорила, что мне больно и неприятно. Он говорил, что мне нужно потерпеть, что это потому что первый раз».
После этого, утверждает Марина, встречи происходили не реже раза в неделю. Она считала, что обязана приходить, потому что мужчина называет происходящее любовью и отношениями.
Если жена Маслобоева возвращалась домой раньше, девочку прятали за ширмой в студии. Марина стояла там молча и боялась выдать свое присутствие.
«Я чувствовала себя ужасно, у меня было чувство вины, что я какая-то грязная, я разрушаю семью».
Со временем Маслобоев, по ее словам, перестал скрывать, что Марина бывает у них дома. Жена видела девочку рядом с мужем, но публичного конфликта не происходило.
Летом 2004 года Маслобоев предложил Марине обмануть мать и сказать, что она едет в лагерь. На самом деле школьница несколько недель жила у него, пока жена и дочь находились в Иркутске.
Для девочки из бедной семьи дом учителя казался другим миром. Там были фрукты, сладости, компьютерные игры и фильмы. Дома у Марины не было даже телевизора.
Одновременно, утверждает она, насилие становилось чаще и жестче. Маслобоев показывал ей порнографию, рассказывал о сексуальных практиках и снимал школьницу в белье на видеокамеру, объясняя, что проверяет технику.
В следственных документах приведены подробные показания Марины о действиях сексуального характера, которые причиняли ей боль и вызывали отвращение. Девочка, по ее словам, терпела из страха потерять человека, от которого уже полностью зависела.
Мать узнала, что дочь не была в лагере.
Она запретила Марине ходить к учителю, но девочка решила, что Маслобоеву грозит опасность, и тайно встретилась с ним. Он попросил все отрицать.
Одноклассница Марины позже подтвердила следователю, что еще в детстве слышала от нее о половой связи с педагогом.
Слухи дошли до школы. Марину вызвали к директору. По ее воспоминаниям, в кабинете находились классная руководительница и жена Маслобоева.
Вместо помощи девочке якобы сказали: «Сука не захочет — кобель не вскочит». Ее также пригрозили отчислить, если она продолжит общаться с учителем.
Марина вышла из кабинета с чувством вины. Она отдалилась от подруг и почти перестала доверять матери.
Позднее классная руководительница заявила следователю, что не замечала со стороны Маслобоева романтических или сексуальных действий в отношении несовершеннолетних.
Директор дала почти такой же ответ. По ее версии, педагог лишь «взял Марину под свое крыло», не выходя за рамки отношений учителя и ученицы.
Сама Марина вспоминает другой эпизод. Во время разговора у директора Маслобоев вошел в кабинет и увел ее с собой. Никто его не остановил.
«Я в тот момент это восприняла, как будто он мой спаситель, спас меня от давления вот этого».
По словам жителей Коршуновского, о происходящем в поселке догадывались. Одна из местных жительниц, Ольга, считает, что жена Маслобоева знала о ситуации, но ничего не сделала.
Мать Марины также пыталась поговорить с руководством школы и Надеждой Маслобоевой. Результата это не дало. Сам Маслобоев, как вспоминает Марина, приходил к Елене и говорил, что женится на ее дочери.
Отношения Марины с матерью становились все тяжелее. Елена, по воспоминаниям дочери, впала в депрессию, злилась, могла оскорбить или ударить ее.
Марина считает, что мать чувствовала себя бессильной перед более влиятельной семьей. Елена была безработной женщиной, одна растила ребенка с инвалидностью и не получила поддержки ни от школы, ни от администрации поселка.
Сама Марина тяжело заболела. Из школы ее увезли с высокой температурой. В больнице у нее диагностировали пиелонефрит, цистит и кисту. Девушка связывает это с продолжавшимся насилием.
Маслобоев навещал ее в больнице. Марина воспринимала это как заботу и чувствовала себя еще более обязанной ему.
В декабре 2006 года Елена попыталась покончить с собой и подожгла дверь дома. Ее отвезли в психиатрическое отделение. Пока мать находилась в больнице, Маслобоев заменил разбитое окно.
«Больше никто не помог, никто не поинтересовался: ни администрация школы, ни администрация сельского поселения».
Марина утверждает, что в отсутствие матери педагог изнасиловал ее в собственном доме. Она также рассказала следователю о насилии в поезде, когда Маслобоев сопровождал ее в Иркутск на медицинскую комиссию.
После возвращения из больницы состояние Елены оставалось тяжелым. Однажды она попросила дочь уйти из дома, потому что ей якобы угрожала опасность.
Вечером Марина не смогла попасть внутрь. Около полуночи участковый и социальный педагог выломали дверь. Елену нашли мертвой.
По воспоминаниям Марины, всю дорогу участковый ругал ее за позднее возвращение и называл проституткой. Увидев тело матери, девушка выбежала на улицу и упала в снег.
Первым человеком, которому она позвонила, стал Маслобоев. Он сразу забрал ее к себе.
На следующий день они пришли в остывший дом Марины, чтобы найти одежду для похорон и покормить животных.
«Ощущение зимы, холод, как будто весь мир исчез. У меня было настолько отрицание всего происходящего, что мне хотелось от всего избавиться. Я там жгла все подряд, вещи личные, мамины, просто чтобы здесь было пусто и все было неправдой».
Вскоре Маслобоев официально стал опекуном Марины.
«Он меня убеждал, что так будет лучше, я не попаду в детдом, буду с ним рядом, нас никто теперь точно не сможет разлучить, все будет прекрасно».
Девушка прожила в доме Маслобоевых около полутора лет. Ее поселили в студии Евгения. Жена педагога почти не разговаривала с ней и передавала записки с указаниями по уборке. Когда других членов семьи не было дома, насилие, по словам Марины, продолжалось.
В 2008 году Марина окончила школу и достигла совершеннолетия. Маслобоев увез ее в Шелехов. Сам он устроился преподавателем в иркутский лицей, где работал с подростками.
Марина почти не выходила из съемной квартиры. У них был один ключ на двоих. Других близких людей в ее жизни не осталось.
Она считала себя женой Маслобоева, хотя он еще не развелся с Надеждой.
«Я та единственная, кто его понимает, и я должна заниматься бытовыми вопросами, а он должен иметь возможность заниматься творчеством».
Позднее они переехали на дачу под Иркутском. Денег было мало, их выдавал Евгений. Марина занималась хозяйством, гуляла в лесу и фотографировала природу на подаренный им фотоаппарат.
Первым человеком, который спокойно спросил ее о большой разнице в возрасте, стала знакомая семьи Анна. Этот разговор заставил Марину впервые усомниться в нормальности происходящего.
«Впервые за все это время у меня появилась мысль о том, что я могу чего-то захотеть, что все не ограничивается стремлением поддерживать и жить интересами вот этого человека».
Марина задумалась о поступлении в университет, но, по ее словам, Маслобоев не поддержал ее. Она снова вернулась к домашним обязанностям.
Позже девушка открыла компьютер Евгения и нашла удаленные фотографии его несовершеннолетних учениц. Их лица, утверждает Марина, были вставлены в порнографические изображения. Маслобоев ответил, что она все неправильно поняла.
Затем Марина узнала, что он снимает в Иркутске отдельную квартиру и встречается там с другой молодой девушкой.
В конце 2014 года Марина попыталась уйти. Она тайно нашла комнату, но Маслобоев выяснил адрес, приехал к ней и, по ее словам, снова применил насилие. Все документы девушки оставались на даче, поэтому ей пришлось вернуться.
В феврале 2015 года во время очередного разговора Маслобоев ударил ее кулаком по лицу. Марина выбежала из дома босиком, в домашней одежде.
После вмешательства детей Маслобоева они решили расстаться. Марине было 24 года. Она уехала к дальним родственникам в Казахстан с одним красным чемоданом, который хранит до сих пор.
Перед расставанием Марина и Евгений подписали расписку о том, что будут жить отдельно и не станут «чинить друг другу злых дел». Маслобоев также обещал передать ей половину денег после продажи дачи.
В Казахстане Марина вышла замуж. Только спустя много лет она начала обсуждать пережитое с психологами.
«До тридцати двух лет я вообще это не могла оформить в своей голове: что со мной произошло и как. Мне было проще все объяснить любовной историей: что у меня был муж, который мне изменил и от которого я ушла. У меня была такая легенда».
Даже своему нынешнему мужу Марина рассказала правду лишь полтора года назад, хотя они вместе почти 11 лет.
После терапии она опубликовала свою историю во «ВКонтакте» и дала интервью блогерке Анастасии Осиповой. Маслобоев обратился в прокуратуру и потребовал принять меры из-за «заведомо ложной информации».
Уголовное дело против Марины не возбудили. Следователь пришел к выводу, что у нее не было умысла на ложный донос.
Сама Марина иногда по привычке называет случившееся «отношениями», но сразу поправляет себя:
«На самом деле это не были никакие отношения, они не могли быть отношениями. Но никто мне не говорил, что это какая-то фигня, так не должно быть».
Сейчас Марина работает в магазине специй, ходит в горные походы и пишет обращения в Следственный комитет. Она надеется добиться нового расследования и ищет других возможных пострадавших.
«Я не думаю, что для меня эта история закончилась и что она скоро когда-то закончится. Я до сих пор не могу решиться на своего ребенка, например, и это для меня тоже большая травма».
После публикации своей истории Марина нашла Асю. Именно ее фотографию она когда-то видела в компьютере Маслобоева.
Ася начала ходить к нему на музыкальные занятия в 12–13 лет. По ее словам, преподаватель постепенно стал меньше говорить о музыке и больше расспрашивать о личной жизни.
Он дарил сладости и подарки, обсуждал романтические отношения и внушал девочке, что она особенная.
Когда Асе исполнилось 14 лет, Маслобоев, по ее словам, предложил перейти от дружбы к интимной связи.
Он убеждал ее хранить все в тайне, потому что окружающие якобы слишком ограниченны и не поймут их «особые отношения».
Ася говорит, что согласилась, поскольку ей не хватало поддержки родителей и она боялась потерять расположение взрослого мужчины.
В 16 лет девушка решила уйти. По ее словам, Маслобоев стал контролировать ее, ревновать, оскорблять и угрожать ей и близким.
После расставания он якобы еще два года караулил Асю у дома и лицея. Когда девушка поступила в университет в другом регионе, мужчина однажды приехал туда. Звонки, угрозы и сообщения с чужих аккаунтов, утверждает она, продолжались до 2024 года.
После разговора с Мариной Ася обратилась в полицию.
«Я осознала, что этот человек опасен не только для меня, но и для многих других детей, которые могли бы стать его потенциальными жертвами, так как прослеживается явная серийность в его преступном поведении».
Заявления женщин рассматривают разные ведомства. Материалами Марины занимается Следственный комитет, Асиным обращением занималось МВД. В начале июля Асе отказали в возбуждении уголовного дела. Ее адвокат намерен обжаловать решение.
Евгений Маслобоев полностью отвергает обвинения. В разговоре с журналисткой он назвал историю «желтой прессой», а людей, которые помогли сделать ее публичной, мошенниками.
Марину он называет «бывшей опекаемой», которая якобы до 25 лет жила за его счет и не хотела работать. По его версии, обвинения появились из-за желания получить деньги и привлечь внимание.
«Я отказываюсь считать вот это существо человеком. Для меня это до сих пор огромный шок. Человек захотел позиции жертвы».
Маслобоев считает, что длительное совместное проживание опровергает слова Марины о насилии.
«Ну ладно бы я на цепи этого человека держал: человек мог в любое время дойти, там в шаговой доступности и социальный педагог был, и участковый».
В показаниях следователю он заявил, что Марина его «не привлекала» и что он никогда не вступал с ней в интимную связь. Сын музыканта также назвал ее рассказ ложью и предположил, что женщина преследует корыстные цели.
При этом в постановлении СК от 24 апреля 2026 года говорится, что с 2008 по 2015 Марина «вступала в сексуальные отношения с Маслобоевым Е.В.».
Следствие указало, что они происходили без применения насилия. От психофизиологического исследования Маслобоев отказался, сославшись на проблемы со здоровьем.
Материалы о предполагаемом насилии над несовершеннолетней направили на дополнительную проверку. В документах зафиксированы показания Марины о том, что преступления против ее половой свободы совершались с 2003-го до лета 2008 года.
В начале июля районный следователь отказал в возбуждении дела из-за истечения срока давности. Марина собирается обжаловать это решение. В иркутском управлении СК заявили, что дополнительная проверка продолжается.
