Умерла Сесили Джеммел — последняя из личных секретарей Уинстона Черчилля
В Нью-Йорке 8 октября 2026 года умерла Сесили Джеммел - последняя из остававшихся в живых личных секретарей Уинстона Черчилля. Ей было 97 лет.
Смерть подтвердила её сиделка Мэри Пиццарелли.
Джеммел, которую близкие звали Чипс, попала в ближний круг британского премьера летом 1947 года. Ей только исполнилось 18, а Черчилль ещё не оправился от шока после поражения на всеобщих выборах 1945-го. Человек, спасший мир от Гитлера, лишился кресла на Даунинг-стрит до окончательной победы: Германия капитулировала, но война с Японией ещё шла.
Молодость для стенографистки Черчилля была обязательным условием. «Старик», как его называли, диктовал так долго и так поздно ночью, что без выносливости было не обойтись. Джеммел влилась в команду блестящих, хотя часто измотанных, молодых женщин и продолжила череду исключительных личных секретарей премьера - почти все они были женщинами, и эта традиция тянулась с 1902 года.
Впервые Джеммел привели к Черчиллю в его новый лондонский дом на Гайд-Парк-Гейт, 28. Премьер только вернулся из больницы. Его кровать перенесли в столовую на первом этаже, и он сидел в ней с сигарой. Девушка заканчивала престижный секретарский колледж миссис Хостер - Черчилли давно черпали оттуда кадры.
«Я была в ужасе от него, - вспоминала Джеммел позже, - но он держался очень доброжелательно». Она рассказывала для проекта устной истории в Архиве Черчилля: «„Как поживаете, дорогая?“ - спросил он. Кажется, я пожала ему руку. Он выглядел настолько невероятно дружелюбным, что я осмелела и заговорила с ним». Главный секретарь Джо Стерди Онслоу поспешила увести её, но, по словам Джеммел, «с того собеседования началась моя жизнь».
Поначалу Джеммел приставили к литературному помощнику Черчилля Денису Келли. Она разбирала военные бумаги премьера в Чартвелле, его загородном доме в Кенте, - Черчилль готовился писать мемуары. Девушка поселилась в соседней деревушке Уэстерхэм и каждый день ездила на велосипеде в усадьбу, толкая его вверх по «невероятно крутому холму». Зато, говорила она, «обратно катиться было проще простого».
Работала она в полуподвале Архивной комнаты Чартвелла. «Совершенно необученная», Джеммел разбирала гигантский бумажный след военных лет Черчилля. Из своего укрытия она почти никого не видела - только «носки всех знаменитостей». «Я поднимала глаза и видела, как из комнаты выходят розовые носки Энтони Идена, - рассказывала она о министре иностранных дел, который позже ненадолго станет премьером. - Всё, что я видела от великих, - это их носки».
Когда каталогизация закончилась, Джеммел наконец вызвали к самому Черчиллю. Дело было вечером после ужина в Чартвелле. «Вот он, - говорила она, - сидит в своей маленькой спальне на кровати с балдахином, с бренди и сигарами, а рядом карточный столик с пишущей машинкой. „Добрый вечер, - сказал он. - Вставляйте бумагу“».
Первые попытки давались с трудом. «Нервов от того, что тебе диктуют прямо на машинку, хватало, - объясняла она позже, - но вдобавок это был „он“, его было плохо слышно, я правда не всё разбирала, но не могла остановиться и сказать: „Я вас не слышу“. А машинки, хоть и считались „бесшумными“, имели очень тугой ход, и печатать было тяжело. Я только и думала: „Это просто кошмар, я сейчас проснусь, это ненастоящее“. Думаю, эта мысль меня и держала».
Сесили Джеммел родилась 25 декабря 1928 года в Бангалоре, в Индии. Её отец, полковник Джеффри Вудберн Джеммел, служил картографом в Индийской армии, а мать, Уинифред Грейс Холл, сопровождала мужа в экспедициях. «Мама вела хозяйство, - вспоминала Джеммел. - Она обожала походы и много миль проходила пешком. Они пропадали в джунглях по месяцу-два».
Имя ей дали в честь младшего брата отца, Сесила, убитого во Франции в конце Первой мировой. В семье и среди друзей её всегда звали прозвищем дяди - Чипс. Она училась в Новой школе в Калькутте, которую в начале Второй мировой перевели в Дарджилинг, а в 1944-м расформировали. Летом 1945-го семья вернулась в Англию, и Джеммел доучилась в колледже миссис Хостер.
Когда в 1951 году Черчилль снова стал премьером, Джеммел опять оказалась с ним в Лондоне. Она сопровождала его в Кабинет министров на Даунинг-стрит, на скачки, где бегали его чистокровные лошади, в Монте-Карло, где он играл, в Бленхеймский дворец, где он родился, в Марракеш, на озеро Комо и в Доломитовые Альпы, где он рисовал.
Однажды Черчилль попросил Джеммел позировать для портрета. Это была большая честь - он писал очень немногих. На Рождество в резиденции премьера он собирался вручить ей картину. «Знаете, что вы получите на Рождество? - не удержался он от смеха. - Вы получите свой портрет».
Позже Джеммел сама вызвалась работать на жену Черчилля, Клементину, - там нагрузка была куда меньше. В 1953 году она оставила службу у премьера и переехала в Нью-Йорк, где устроилась на высокую секретарскую должность в журнал Life. Там она проработала девять лет, а затем ещё много лет в Time Inc. В свободное время Джеммел завсегдатаем джазовых клубов рядом со своей квартирой в Мидтауне. «Я никогда не хотела, чтобы вечеринка заканчивалась, - объясняла она, - а джаз-клубы работали допоздна».
Однажды она познакомилась с пианистом Джоном Банчем, который долго аккомпанировал Тони Беннетту и играл с Бенни Гудменом. Весной 1977 года она переехала к нему, а 1 января 1998 года они поженились. Банч умер в 2010-м. Ближайших родственников у Джеммел не осталось.
1953 год - последний год её работы у Черчиллей - стал годом, когда Уинстона Черчилля посвятили в рыцари. «Я столкнулась с ним в коридоре на Даунинг-стрит, - вспоминала Джеммел. - Никак не могла придумать, как к нему обратиться; долго мучилась. Наконец выпалила: „Доброе утро, сэр Уинстон“. Он издал один из своих чудесных смешков, будто внутрь себя, и я услышала, как он тихо сказал: „Не будьте такой дерзкой“».
